Левин Михаил Борисович

Наука CONTRA астрология. Часть XXIII

А теперь обратите внимание: психологические характеристики »марсианина» не изменились, изменилась форма их реализации в обществе. Мне моя гипотеза кажется очень убедительной, но окончательно проверять её должны астролог вместе с историком, а лучше астролог и историк в одном лице. 
Астролог изучает мир, в котором «фундаментальные постоянные» меняются, это приходится учитывать. И по этой же причине серьёзный критик астрологии должен анализировать положения современной астрологии, а не астрологии прошлого. «Пусть наказывает меня праведник: это милость; пусть обличает меня: это лучший елей, который не повредит голове моей».
Однако, как я понимаю, все мои объяснения для бойцов антиастрологического фронта не имеют никакой силы, поскольку фанатичную веру никакими доводами изменить нельзя. Поэтому лучше посмотрим, пользуясь Вашим текстом на этих бойцов повнимательнее. «Но мольбы мои – против злодейств их».
ОБ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ ЧЕРТАХ БОРЦОВ С «ЛЖЕНАУКОЙ»
Хочется надеяться, что стиль мышления своих соратников вы передали точно:
Нужно заметить, что проверкой предсказательной силы «звездочтения» занимаются не сами астрологи, а «люди со стороны». Большинство ученых считают, что астрология, как прототип всех псевдонаук, вообще не заинтересована в точном обосновании своих основ. Ученых это не столько злит, сколько расстраивает: им просто непонятно, как может лженаука вроде астрологии процветать в самом технически развитом обществе за всю историю человечества?

Тогда на основании этого абзаца мы сможем сделать кое-какие выводы о способе мышления наших противников. Про «большинство учёных» мы помним, что это на самом деле – немногочисленный отряд борцов с лженаукой.
Итак, «большинство учёных» что-то считают и делают из этого основательные выводы. «Считают» – это их личное мнение, предположение, по научному говоря, гипотеза. Во второй фразе они только считают, но в третьей они уже немного злятся («не столько их злит»), но больше расстраиваются. Я так полагаю, что злиться (хоть и «не столько») и расстраиваться можно по поводу чего-то существующего, но не по поводу собственных неподтверждённых предположений. Я, конечно, думаю, что у «борцов» с нервной системой не всё в порядке, но не настолько же они невротики, чтобы что-то предположить и тут же начать злиться и расстраиваться. А это означает, что в промежутке от второй до третьей фразы это предположение переросло в прочную уверенность: если ты в чём-либо уверен, то злиться и расстраиваться вполне уместно. Нам повезло – мы смогли непосредственно наблюдать живую историю науки: на наших глазах гипотеза превратилась в прочную теорию, можно даже сказать в «научную истину». Причём, что самое важное, – без единого факта! Фактов и не будет: для этого надо было бы познакомиться с астрологами и с их работой – мы уже выяснили, что астрологи всё же проверкой занимаются. Но я уверен, что мой совет расстроенным «борцам» почитать публикации в профессиональных астрологических изданиях, послушать доклады на астрологических конференциях и т. д. так и останется невыполненным – этого они делать не станут. Для их теории факты не нужны! Более того, никакой факт не может опровергнуть такую хорошую теорию! О том, как без фактов, или, точнее, несмотря на факты, можно построить целую теорию, мы видим на каждой странице данной статьи. 
Выше мы видели, как автор заявляет о случайности астрологических прогнозов, не проделав ни одного расчёта. Много раз я отмечал полное незнакомство автора статьи с современной астрологией и очень слабое знакомство с астрологией древней. Более того, весь текст статьи содержит массу противоречий, но выводов автора это не может поколебать. Я отмечал многие утверждения в статье, противоречащие другим утверждениям этой же статьи. Но в конце статьи Вы также уверены в своих выводах, как и в начале. Итак, перед нами теория, построенная не на логике (логики в ней почти совсем нет) и не на фактах. Как же можно назвать такую теорию или такое утверждение, которое нельзя опровергнуть ни фактами, ни логикой? Вы мне сами подсказываете:
Случается, противников астрологии ее адепты называют «догматиками и схоластами, не способными ощутить зарождение новой науки». Предоставляю читателю самому судить о справедливости этих обвинений. (из шестой главы – М. Л.)
Нет, конечно, здесь не все «обвинения» справедливы. Может кто-то и назовёт борцов с астрологией схоластами, но только не я.

СХОЛАСТИКА (от греч. scholastikos – школьный, ученый), тип религиозной философии, характеризующийся соединением теологодогматических предпосылок с рационалистической методикой и интересом к формально-логическим проблемам. (Большая энциклопедия Кирилла и Мефодия)
К схоластам принадлежали Пьер Абеляр, Фома Аквинский, Иоанн Дунс Скотт, Уильям Оккам – лучшие умы своей эпохи. Схоласты блестяще владели логикой, были широко образованными для того времени людьми. Нет, схоластами «борцов» назвать никак нельзя, даже не просите. А вот догматиками, пожалуй, можно.
ДОГМА (от греч. dogma – мнение, учение, постановление), положение, принимаемое на веру за непреложную истину, неизменную при всех обстоятельствах. (Большая энциклопедия Кирилла и Мефодия)
К вашей теории это название как раз и подойдёт. Догматы Ваши, правда, не высказаны Вами в явном виде, но в предыдущих письмах (в шестом и десятом) я попытался сделать это за Вас.
Посмотрим теперь на другие черты мышления «учёных». Я беру это слово в кавычки, поскольку ко всем учёным Ваши высказывания отнести никак нельзя. Итак:
им (учёным – М. Л.) просто непонятно, как может лженаука вроде астрологии процветать в самом технически развитом обществе за всю историю человечества?
Из фразы, как палец из дырявого носка, вылезает наружу мышление технократа. «В самом технически развитом обществе за всю историю человечества». Чувствуется гордость за это общество. Хорошо хоть не покинула автора осторожность и он не сказал просто: «в самом развитом обществе…». Мы уже обсуждали вопрос о разных культурах в истории человечества и поняли, что «самое технически развитое» ещё не означает «самое развитое». А теперь посмотрим на эту фразу по-другому.
У этих «учёных» есть ясное представление: в технически развитом обществе должно существовать (дальше список того должносуществоватьи не должно существовать (опять же список того, что не должно существовать). Или не список, а какое-нибудь общее описание.
Ой, простите, я оговорился – это же учёные, представители чистейшей науки, а не какие-нибудь идеологи и догматики. Наука не устанавливает свои правила для мира, она только изучает, как устроен мир. Поэтому там нет понятий «должно» и «не должно», там есть понятия «может» и «не может». Приведу пример. На вопрос: «Должно ли тело, брошенное вертикально вверх, не падать обратно на Землю, а улететь куда-нибудь далеко-далеко?» грамотный учёный отвечать не станет, в лучшем случае скажет, что это тело никому ничего не должно. Но если его спросить: «Может ли тело ….?», он ответит: «Может, если его скорость больше второй космической». Или скажет ещё проще: «Оно будет себя вести так-то и так-то».
То есть это представление учёного будет выглядеть так: в технически развитом обществе может существовать (дальше список того можетсуществовать) и не может существовать (опять же список того, что не может существовать).
Значит, «учёные» выработали себе такое представление, то есть такую теорию, и вдруг столкнулись с тем, что эта теория в данном случае нарушается. Что положено делать учёному? Как мы уже видели (письмо седьмое, раздел «Как на самом деле обстоят дела в науке с экспериментами, теориями и фактами»), когда факт не соответствует теории, есть несколько вариантов поведения:
А) Сделать вид, что этого факта нет и никогда о нём не упоминать. А если кто-нибудь из коллег начнёт вытаскивать этот факт на публику, надо его опровергнуть: «Нет в нашем технически развитом обществе никакой астрологии, потому что это не соответствует теории. А вы, уважаемый коллега, допустили ошибку в эксперименте (или: неправильно описываете наблюдаемое явление)»;
В) Отложить факт в сторону, пока не придёт время его изучать;
С) Прийти к выводу, что теория неадекватна, и начать разрабатывать новую теорию с учётом того факта, что астрология всё-таки существует.
Это как в старом анекдоте: 
Если военный говорит «да», это значит – «да».
Если военный говорит «нет», это значит – «нет».
Если военный говорит «может быть», – это не военный, и так далее … 
Так же и учёный – он либо изучает проблему, либо не изучает. А стоять около неё и недоумевать: «Как это может существовать то, что по моей теории не может существовать?» – это не дело учёного. Для учёного существование чего-либо, в том числе и астрологии, – это факт, а с фактами в науке спорить не принято. Там либо делают вид, что их нет, либо их изучают. Представьте себе учёного, который не может понять: «Как это скорость света может быть 300 000 км/сек?» – смешно! Значит, и в данном случае мы имеем дело не с учёным, а с кем-то другим. С кем? Может быть просто с зевакой? Но зевака понедоумевает и дальше пойдёт. А этот постоял в недоумении, а потом перешёл к делу, начал комиссии создавать по борьбе с данным фактом, статьи писать и в Интернете их размещать, чтобы этого факта не было. Так кто же перед нами, скажите Владимир Георгиевич? Уверен, не захотите говорить. Тогда я сам скажу: это типичный идеолог. Он не желает принимать действительность такой, как она есть, и даже не пытается понять её. Он начинает её переделывать, чтобы она соответствовала его теориям или представлениям: «Каким технически развитое должно быть!» Нет, я не оговорился: именно «должно», а не «может». Потому что если вопрос «может ли?», то меняют теорию, а если вопрос «должно ли?», то пытаются изменить мир. А в данном случае – изменить наше общество. Что и делает мой уважаемый оппонент: вы активно пытаетесь изменить общество, предлагаете прививать иммунитет от астрологии и прочие меры. В общем, проводите активную работу вместе со своими единомышленниками. Можно даже смело сказать: вместе со своими единоверцами. Потому что их теория не соответствует реальности, но они в неё всё равно верят и эта вера побуждает их к борьбе.
Итак, идеологи, верующие, исповедующие определённые догматы – это и есть таинственное «большинство учёных». Только не думайте, что я Вас в чём-то обвиняю:
Случается, противников астрологии ее адепты называют «догматиками и схоластами, не способными ощутить зарождение новой науки». Предоставляю читателю самому судить о справедливости этих обвинений. (курсив мой – М. Л.)
Это для Вас слова схоласт, догматик, верующий – обвинения. А для меня они звучат совсем по-другому. Как я уже писал, схоластами подобных идеологов назвать нельзя: для людей, не умеющих аккуратно мыслить, слишком высокая честь называться схоластами и стоять в одном ряду с Пьером Абеляром и Фомой Аквинатом. И догматик – не обвинение. Догматы Вашей «научной» идеологии оказались вполне продуктивны. Следуя им, не удалось сделать человека лучше или счастливее, но хотя бы удалось избавить его от серии «физических» проблем. Верующий тоже не обвинение, скорее, наоборот. Среди верующих – лучшие представители человечества. Правда, такие верующие не пытаются убедить себя и окружающих, что они – неверующие. Но в любом случае, я чужую веру не трогаю, это не в моих правилах. Однако, когда эти догматы и эту веру начинают агрессивно навязывать всему обществу, начинают нам диктовать, что в нашей жизни должно быть, а чего быть не должно – тут я категорически против и не желаю с таким идеологическим напором мириться.
Ведущие черты мышления противников астрологии уже ясны. Посмотрим теперь, что они от астрологов требуют. Извините, неточно выразился. Что они требуют, вполне ясно: чтобы астрологи исчезли, испарились как дым и не портили бы им стройную картину «самого технически развитого общества», сложившуюся в их умах. Я хотел сказать другое: что они делают вид, что требуют.
ОБ ОСНОВАНИЯХ АСТРОЛОГИИ 
Так что же «не столько злит, сколько расстраивает» наших «учёных»? – Что астрология не заинтересована в точном «обосновании основ». А что должно означать это не совсем привычное для русского слуха выражение? Что считать основами астрологии?
Можно считать основами астрологии основное положение астрологии: существует связь между характером и судьбой человека и расположением звёзд и планет в момент его рождения относительно друг друга и относительно горизонта. Это положение проверяется астрологами по всему земному шару многократно каждый день на протяжении многих лет. И так же многократно на протяжении тысяч лет подтверждается. Это положение принимает любая астрологическая традиция: и близкие по духу, но отличающиеся техническими средствами индийские и западные традиции, и совершенно самостоятельная китайская традиция, и традиция майя.
Всё остальное можно отнести к техническим средствам. Философы и методологи так и считают, что эфемериды планет, системы домов и прочие техники – всё это является математическим аппаратом астрологии. Я с ними согласен: любая техника, которой мы пользуемся – это немного астрономии плюс немного математики. Так и будем совокупность всех методов расчётов, всё, что только можно в астрологии рассчитать, называть математическим аппаратом астрологии. Обосновывать математический аппарат нет никакой нужды – он настолько же обоснован, насколько обоснованы сферическая астрономия, небесная механика и классическая математика. Обосновывать их и устранять вопросы в этих областях, когда они возникают, – дело математиков и астрономов, в крайнем случае, философов, но вовсе не астрологов. 
Зодиаки тропический и сидерический, планеты, звёзды т. п. – это язык астрологии. Обосновывать язык не имеет смысла, как не имеет смысла обосновывать русский язык. Почему в русском языке стул называется стулом? Если ставить вопрос о том, как это слово возникло в языке, откуда пришло, это имеет смысл. Но такие вопросы относятся к истории языка, а не к обоснованию. Можно предъявлять определённые требования к языку конкретной сферы деятельности – к языку математики, к языку моряков, врачей: слова этого языка должны иметь точный, однозначный смысл. В русском языке (как и в других) это недостижимо, но в профессиональном – вполне. Можно требовать, чтобы не было противоречий между понятиями этого языка, можно выдвигать другие требования, но обосновывать язык не имеет смысла. Нет нужды обосновывать тот факт, что знаков Зодиака двенадцать, а не тринадцать или двадцать восемь. Это внутренний язык астрологии. Астролог пользуется этим языком для своих нужд, делает определённые выводы, а затем переводит эти выводы на обычный разговорный язык – на русский или хинди. Если выводы оправдываются, значит, этим языком можно пользоваться – он работоспособен. Все объяснения, почему знаков Зодиака двенадцать, а не тринадцать, или почему в натальной астрологии мы пользуемся тропическим зодиаком, а в мировой сидерическим – всё это вопросы внешние для астрологии. Мы объясняем основные элементы астрологического языка в меру своего понимания, но делаем это в силу психологических и философских причин.
Любая астрологическая традиция погружена в «родное» ей мировоззрение, в философию, религию, она не висит в воздухе. Поэтому все объяснения – не что иное, как связь между внутренним языком астрологии и родным ей мировоззрением. К этому все объяснения и сводятся: связать астрологическое понятие с понятиями метаязыка (то есть, языка этого мировоззрения) и тем самым «обосновать» это понятие. Для тех, кто исповедует это мировоззрение, это будет вполне достаточным обоснованием. Тех же, кто придерживается принципиально иного мировоззрения такое «обоснование», конечно, не устроит. Но это дело вкуса. Наличие или отсутствие обоснования на астрологическую практику не влияет – главное, чтобы это язык работал, подтверждался опытом.
Есть и мифологические или символические «обоснования». Например, астрологические характеристики планеты Марс можно «объяснять» тем, что Марс – бог войны в древнеримском пантеоне. Такое «обоснование» аналогично предыдущему – это связь между двумя языками, пояснение понятий астрологического языка при помощи понятий языка другой традиции. Это уже может быть не «родная» традиция, как в предыдущем случае, а любая соседняя. Со временем понятия соседнего языка могут перекочёвывать в свой язык и становиться «своими» понятиями. Практически это и произошло с главными богами греко-римского пантеона: для европейских астрологов они стали элементами астрологического языка. И теперь такого типа «обоснования» стали просто пояснениями одних понятий астрологического языка при помощи других понятий этого же языка. Это совершенно нормальная практика, но обоснованием такого типа, какой требуют «учёные» противники астрологии, это, конечно же, не является. Да оно и необязательно. Можно сказать, что человек с сильным Марсом в натальной карте более решителен и активен, потому что Марс – бог войны, а можно просто перечислить основные астрологические характеристики Марса и этим ограничиться. Для умственной работы астролога мифологическое пояснение, разумеется, лучше: оно создаёт яркий образ, делает понятие объёмным, живым.
Для астролога образное мышление очень важно, оно более творческое и плодотворное, чем формально-логическое. И астрологу очень полезно уметь мыслить образами, ведь он имеет дело не только с формой происходящего, но и с его содержанием. А чтобы описывать содержание, требуются иные средства, чем для описания формы – образ, символ, притча. И во время консультации живой образ может зачастую дать человеку значительно больше, чем сухая формулировка. Но ещё раз напоминаю: такие образы – это внутренние инструменты работы астролога. А ничто внутреннее не может являться обоснованием целого.
Итак, мы перечислили две главных составляющих астрологии: её язык и её математический аппарат. Кроме этого астрология содержит в себе ещё методы интерпретации, то есть перевода с внутреннего языка астрологии на язык той сферы, к которой астролог применяет свой аппарат. Например, медицинская астрология, – это перевод с языка астрологии на язык медицины; натальная астрология – перевод на язык психологии или на обычный язык (японский, французский и т. д.).
Астролог, пользуясь математическим аппаратом астрологии, строит модель описываемого объекта: человека, страны, фирмы, вопроса … Это могут быть разные модели: статические (радикс, хорар и другие). При анализе некоторых вопросов статических моделей достаточно. Для других вопросов требуются ещё и динамические модели: дирекции, прогрессии, транзиты, возвращения и т. д.. Когда эти модели построены, астролог, оперируя в языке астрологии, получает (если это возможно) ответ на вопрос. Ответ этот выражен в астрологическом языке. После этого астролог переходит к одной из важнейших процедур – к интерпретации, то есть к переводу с языка астрологии на язык той сферы, к которой относится вопрос. Промежуточные выводы астролог делает на языке астрологии, но окончательный вывод он делает на том языке, на котором был сформулирован вопрос. Я только не отметил, что сама работа над вопросом начинается с перевода вопроса на язык астрологии. Итак, мы видим четыре этапа в работе астролога:
1. Перевод с языка вопроса на язык астрологии;
2. Построение астрологических моделей с помощью математического аппарата;
3. Работа внутри языка астрологии по правилам этого языка и получение ответа на этом же языке;
4. Перевод с языка астрологии обратно на язык вопроса.
Что здесь нужно обосновывать, уважаемый ревнитель авторитета науки? Математический аппарат извольте обосновывать сами – это Ваша профессия. Обосновывать язык астрологии – это занятие бессмысленное. Язык не обосновывают, на нём говорят. Достаточно, чтобы он удовлетворял внутренним требованиям профессии. А если Вы настаиваете на обосновании языка, я попрошу у Вас помощи в этом многотрудном деле. Поскольку в языке российских астрологов большую часть составляет русский язык (такова наша национальная особенность), Вы обоснуйте русский язык, а как только успешно справитесь с этой задачей, мы немедленно примемся обосновывать всё остальное. Вам не обязательно обосновывать русский язык в одиночку, можно воспользоваться помощью других астрономов и физиков, или даже химиков. Только не обращайтесь за помощью ни к математикам, ни к логикам, ни к филологам, ни к философам – это пустая трата времени: любой из них понимает, что язык не обосновывают, и от сотрудничества откажется.
Что же надо обосновывать? Методы и правила интерпретации, то есть перевода? Это отнюдь не основание, а очень высокий этаж, если позволите такое сравнение. Но всё же об этом можно поговорить прямо сейчас. Интерпретация – важнейшая часть работы астролога. Именно интерпретация занимает у астролога самую большую часть времени (это сейчас, а в древности, наверное, самую большую часть времени занимали расчёты). Интерпретации посвящено наибольшее число астрологических исследований. Астрология развивается, астрологи развивают свой математический аппарат, расширяют и совершенствуют астрологический язык, осваивают новые сферы приложения астрологии, размышляют над мировоззренческими основаниями астрологии, но больше всего они работают над уточнением и развитием методов и правил интерпретации. Обоснованием этих методов и правил является весь опыт астрологической практики и наибольшая часть астрологических исследований. 
Кроме этого обоснование своей практики астролог получает от того мировоззрения, в котором живёт и работает, в которое погружена его астрологическая традиция. Вот три основы, три кита, на которых стоит астрология:
1. Мировоззрение, в которое погружена астрология: религиозное, оккультное, та или иная философия;
2. Вся астрологическая традиция, то есть результаты опыта предшественников за тысячи лет существования астрологии;
3. Личный опыт астролога и опыт его коллег.
Что касается первого пункта, то астрология может быть погружена даже в европейскую философию. Особенность астрологии в том, что она достаточно нейтральна по отношению к мировоззрению. Поэтому её ухитряются погрузить даже в философскую среду европейской культуры. Астрологии, правда, в этой среде тесно, поскольку европейское мышление в смысле мировоззрения очень примитивно. Но даже в такой тесной среде астрология может пресно найти своё место. 
Последний пункт распадается на два подпункта, поскольку опыт астролога включает в себя как объектную часть (наблюдение и изучение действия астрологических факторов в окружающем мире), так и субъектную (наблюдение и изучение действия астрологических факторов в собственной жизни и в своём внутреннем мире). Практикующий астролог за свою жизнь проводит значительно большее число опытов и наблюдений, чем любой физик или астроном. Вот Вам наилучшее обоснование. Sapienti sat.
Но Вы пытаетесь это обоснование опровергнуть и делаете это крайне неквалифицированно и не слишком честно, как мы успели убедиться.
ОСНОВНАЯ «НАУЧНАЯ» ПРЕТЕНЗИЯ К АСТРОЛОГИИ
Так какого же ещё обоснования не хватает Вашим не столько злящимся сколько расстроенным «учёным»? Я догадываюсь: Вы хотите, чтобы мы обосновали основное положение астрологии какими-нибудь физическими средствами. Чтобы прямо указали вам: вот она ниточка, за которую планеты нас дёргают! Вы собственно и предъявляете нам претензию, что мы не указываем такой связи. У Вас очень простой ход, он только наивных может обмануть. Вы говорите: покажите нам связь, которая вписывалась бы в нашу модель мира. Это и есть основная «научная» претензия к астрологиичто астрологи не могут указать явной физической связи. На самом деле это, разумеется не так. Настоящую свою претензию евронаучные жрецы и шаманы высказать не хотят и не могут. Их недовольство состоит в том, что астрологические представления не вмещаются в их умы. Я уже писал в десятом письме, что на евронаучном новоязе мистикой называется всё, что непонятно еврошаманам, всё, что сложнее примитивной механистической парадигмы. А астрология сложнее. Методологи, познакомившиеся с астрологией, утверждают, что астрология на два порядка сложнее современной физики. Конечно, имеется в виду не математика, которой пользуются физики, а содержательная часть физических теорий. Это содержательная часть достаточно проста и слабо структурирована. А в астрологии, наоборот, при довольно простой математике содержательная (понятийная) часть очень развита и структурирована. Естественно, астрологические представления кажутся физикам-еврошаманам заумными и иначе как мистикой они их не называют. Но, конечно же, еврошаманы не могут признаться в истинной причине неприятия астрологии, поэтому формально они предъявляют астрологии претензию, которую не посмеют предъявить Ньютону: отсутствие прямой физической связи между объектами астрологического исследования.
Ответ на эту претензию займёт некоторое время, поскольку здесь есть несколько аспектов.
Начну с очередной истории из своей жизни. В 1965 году после третьего тура физической олимпиады на Физтехе нас, школьников, пригласили на лекцию, которую читал нам профессор Физтеха (не помню уже его фамилии). За лекцией последовали вопросы. Один из вопросов был: «Какова природа элементарных частиц?» На что профессор ответил: «Физика занимается не природой, а поведением элементарных частиц. Природа элементарных частиц – дело философов». Я запомнил эти слова на всю жизнь – это очень точная и честная позиция. 
Так вот: астрология не занимается природой связи между космическими процессами и событиями в жизни человека. Астрология изучает результаты этой связи. Проще говоря, астрология изучает, какие события в жизни человека возникают при определённом положении небесных тел. А вот за какие «ниточки» они нас дёргают – это уже не вопрос астрологии. Мы не изучаем вопрос, почему они действуют, мы изучаем, какони действуют. И незачем нам предъявлять претензии по этому поводу. Физика тоже не знает природы гравитации, и ничего, пользуется законом всемирного тяготения и весьма успешно. Это только у Вас получается, как в волшебной сказке: увидел несоответствие фактов и теории, побежал к себе в кабинет и быстренько навёл в теории порядок:
Как только в работе наших машин или в наблюдаемых природных явлениях возникает хотя бы намек на расхождение с существующей научной теорией, ее сейчас же (курсив мой – М. Л.) модернизируют, обобщают или даже отвергают вовсе. (из третьей главы – М. Л.)
В реальной истории науки иногда на такое наведение порядка сотни лет уходят. Когда-нибудь человечество поймёт и природу связи между явлениями небесными и земными. Возможно, это сделает новая физика, которая преодолеет ограничения, наложенные на неё механистической догмой, а может быть какая-нибудь другая новая дисциплина, и сколько на это уйдёт времени, пока неизвестно. Известно только, что этому будет предшествовать научная революция значительно мощнее научных революций 20-го века и она поменяет всё наше представление о мире, в котором мы живём.
Ещё раз повторяю: невозможность явно указать природу связи земных и небесных явлений не может являться для честного учёного аргументом против астрологии. Однако, если не считать липовой статистики, это как раз основной аргумент со стороны идейных борцов с астрологией. Опять двойные стандарты. Более того, предложение или требование объяснить природу астрологической связи Неба и Земли – это ловушка, и в неё иногда попадаются мои неосторожные коллеги.

АПОЛОГИЯ НАИВНОСТИ
Сегодня некоторые астрологи и не астрологи высказывают догадки о природе связи Неба и Земли, но делают это не в своём профессиональном качестве. И если эти догадки не совсем удачны, это не влияет на их занятия астрологией. Я лично избегаю подобных догадок, но не считаю, что их следует запрещать, поскольку уверен, что свобода мысли значительно ценнее любой догмы, в том числе и научной.
Но для критиков астрологии такие догадки – как счастье. Не имея возможности всерьёз опровергнуть астрологию, они хватаются за подобные догадки и немедленно начинают опровергать их. И что самое главное, они стремятся переключить всё внимание читателей на эти догадки. Иногда им даже удаётся убедить неискушённого читателя, что астрология опровергнута, поскольку опровергнуты попытки найти ей механистическое объяснение. Вы сами заняли целую четвёртую главу своей статьи подобными опровержениями, которые, как я показал, ничего не опровергают. 
Но мне хочется сказать несколько слов в защиту тех, кто пытается найти физическое объяснение астрологическим фактам. Видите ли, вышли мы все из Европы, то есть из европейской научной идеологии. Мы все в ней воспитаны. И даже открыв для себя другой мир мышления, лежащий за пределами механистической парадигмы, трудно полностью очиститься от того, что тебе внушали в течение многих лет. Знаю на собственном опыте: требуются серьёзные и целенаправленные усилия ума и воли, чтобы полностью освободиться от этого гипнотического внушения. Естественно, что провести такую работу удаётся не всем. И многим моим коллегам наука до сих пор кажется неким идеалом, а «научный подход» – идеальным инструментом познания. И, работая по-новому, они всё равно душой тянутся к старому. Отсюда и попытки обосновать астрологию, пользуясь физической или какой-нибудь другой из естественнонаучных парадигм. Не вижу в этом ничего плохого: делают это мои коллеги вполне искренне. Вы этому, разумеется, не поверите. Как видно из разбираемой нами статьи, в любом высказывании астрологов Вам слышатся происки, желание что-то у науки похитить – то ли репутацию, то ли невинность, соблазнив её мистической идеей. Не буду Вас убеждать. Но всё же напомню, что и в вашей родной астрономии каждому правильному (с современной точки зрения) объяснению предшествовали десятки и сотни неправильных. Так что наивность наших коллег вполне можно понять и оправдать.
А теперь, заканчивая это письмо, хочу ещё раз поблагодарить Вас за возможность познакомиться со «статистическими» опровержениями астрологии и оценить их. Прошу Вас, дорогой сосед: если у Вас завалялись ещё несколько таких опровержений, пришлите мне пару штук, буду очень благодарен.
А пока желаю Вам всего наилучшего. До скорой виртуальной встречи!
Михаил Левин

Дискуссия